Биоритмы отношений. Часть 1. Как найти компромисс?

Казалось бы, история о семейной пунктуации, рассказанная ранее («Семейная пунктуация. Сколько ставить знаков?»), поставила жирную точку (или даже восклицательный знак!) в семейных спорах Евгения и Марины. В их доме воцарился хрупкий, но такой желанный мир.

Женя научился относиться к эмоциональным всплескам Марины, как к погоде — иногда спокойной, а иногда с ураганом, но всегда живой и непредсказуемой. Марина, в свою очередь, стала видеть в лаконичных «да» и «нет» мужа не холодность, а надежность, как в гранитной опоре.

Но Вселенная, видимо, решила, что этой паре скучать ещё рано. И подкинула им новый, куда более фундаментальный повод для научных дискуссий. Повод, который нельзя было обсудить за чашкой чая и исправить парой соглашений в блокноте. Потому что это был конфликт не на уровне знаков препинания, а на уровне основ мироздания. И вот однажды в этой семье разразился конфликт биоритмов.

Евгений был классическим, стопроцентным жаворонком. Его внутренний будильник звонил ровно в 5:30 утра без всяких посторонних сигналов. Он всегда просыпался мгновенно, с чувством бодрой готовности покорить весь мир. Его утренний ритуал состоял из тихого потягивания, контрастного душа и чашки крепкого чая за чтением свежих новостей в ленте.

К шести часам он уже был в полной боевой готовности, мысленно проектируя мосты и вычисляя нагрузки. Пик его продуктивности приходился на период с 7 до 12 часов утра. А к 10 вечера его сознание начинало медленно, но верно отключаться, как перегруженный сервер, и в 11 часов вечера он уже сладко посапывал, утонув в подушке.

Марина же была совой в самом что ни на есть чистом виде. Её природные часы были настроены на совершенно другой лад. Раннее утро для Марины всегда было враждебной субстанцией. В 7:30 утра она просыпалась только благодаря трем будильникам на телефоне, поставленным с пятиминутным интервалом.

Первый час своего бодрствования она существовала в режиме «полураспада», с трудом понимая, что происходит вокруг, и лишь две чашки крепкого кофе возвращали её к подобию жизни. Зато к полудню она расцветала, а к вечеру достигала пика своих творческих и интеллектуальных сил. Её стихией была ночь. Именно в ночной тишине, когда весь мир спал, она могла легко сводить баланс, придумывать дизайн интерьера для гостиной или смотреть интересное кино. Марина редко ложилась спать раньше часа ночи.

Долгое время этот диссонанс как-то сглаживался сам собой. Женя тихо вставал и старался не греметь посудой утром, а Марина, ложась спать, прокрадывалась в спальню на цыпочках. Но после пунктуационного перемирия Женя и Марина стали больше внимания уделять мелочам в жизни друг друга. И совершенно неожиданно эти мелочи превратились в огромные и не замечаемые ранее валуны в их семейной жизни.

Конфликт разразился в субботу. Евгений, встав в своё привычное время, ощутил прилив невероятной энергии. Ему захотелось активной деятельности, которой он решил поделиться со своей любимой женой. Приготовив завтрак, он в 6:15 утра, сияя от радости, ворвался в спальню.

— Мариш! Доброе утро! Вставай, солнышко уже встало! Посмотри, какая потрясающая погода! Идеально для пикника! Я уже всё придумал! — его голос звенел, как колокольчик.

На кровати лежал комок одеяла. Из комка донёсся сначала стон, а потом трудноразличимый голос жены произнес:

— Женя… Какое солнце? Какая погода? Какое… утро? На часах… адское время.

— Шесть двадцать! Самое время вставать и жить! — не унимался Евгений, открывая шторы.

В комнату ворвался яркий утренний свет, который для Марины стал актом объявления войны. Её полуспящий мозг воспринял свет как яркую вспышку. Она ещё больше натянула одеяло на голову.

— Закрой… шторы. Или я убью тебя. Медленно. Пунктуационно. Без единого восклицательного знака. Многоточием.

— Не будь такой букой, дорогая! — Евгений сел на край кровати и принялся энергично тормошить жену. — Мы сегодня можем столько всего успеть! Давай сегодня съездим на озеро и сделаем барбекю. Я купил новые угли и уже посчитал оптимальное количество на квадратный метр жаровни…

— Евгений Андреевич, — голос из-под одеяла стал ледяным и чётким, каким Марина говорила с нерадивыми клиентами. — Если ты сию же секунду не прекратишь этот утренний террор, то свои расчёты по нагрузке на опоры ты будешь производить в сарае. Сарай, кстати, тоже нужно будет спроектировать. А теперь исчезни.

Евгений, оскорбленный до глубины души в своих самых лучших чувствах, удалился. Его прекрасное, рассчитанное по минутам утро было безнадежно испорчено.

— Как можно быть таким… сухарем в такую прекрасную погоду? — бормотал он, с возмущением размешивая сахар в чашке с чаем.

Вечером того же дня чаша терпения переполнилась у Марины. Было 23:30. Евгений, помывшись, уже лежал в кровати и зачитывал вслух интересные факты о новом типе бетона. Его голос становился всё более замедленным и плавным.

— …и его прочность на сжатие превышает традиционные марки почти на сорок процентов… — он зевнул. — Представляешь, Мариш? Сорок…

В этот момент Марина, которая только-только вошла во вкус, переделывая макет презентации, оживилась.

— О, это напоминает мне историю с одним нашим заказчиком, помнишь, в прошлом году? — её глаза загорелись. Она откинулась на спинку кресла, готовая к долгой, эмоциональной беседе. — Тот самый, который всё хотел сэкономить на арматуре. Это был настоящий цирк! Я тогда ему такие схемы нарисовала, такие графики! А он в итоге…

Она обернулась и увидела, что её любимый муж почивает мирным сном, аккуратно положив очки и телефон на тумбочку. Энтузиазм Марины угас, сменившись чувством глубокого одиночества. Ей захотелось поделиться, обсудить, посмеяться, а самый близкий человек превратился в тёплую, но безответную глыбу.

— Вот и поговорили, — с грустью прошептала она и потянулась за телефоном, чтобы написать подруге: «Он спит!!! Опять!!! А у меня столько энергии!!!».

Но, вспомнив пунктуационную конвенцию, сдержалась и написала: «Женя спит. А я нет. Печаль».

На следующий день, в воскресенье, конфликт вышел на новый уровень. Их сосед снизу, пенсионер и такой же жаворонок Иван Петрович, встретил в подъезде Евгения, возвращающегося с утренней пробежки.

— Женя, здравствуй! А у вас вчера что, гости были?

— Нет, — удивился Евгений. — А что?

— Да в два часа ночи такой топот сверху был, — нахмурился Иван Петрович. — Будто слон в туфлях на каблуках расхаживал. Я уж подумал, может, вы с Мариной поссорились…

Евгений всё понял. Это Марина, в порыве ночного вдохновения, «проветривала мозги», расхаживая по гостиной. Он извинился перед соседом, но внутри него всё закипело. Бессонные ночи — это одно, но мешать соседям…

В обед за столом конфликт достиг своего пика.

— Марина, я прошу тебя, после двадцати трех часов соблюдать тишину, — начал Евгений, откладывая вилку. — Иван Петрович сегодня жаловался.

— А я тебя прошу не устраивать в шесть утра парад с оркестром, — парировала Марина. — Мои мозги в это время — как нежнейший творог, а ты их постоянно перемешиваешь своей бодростью.

— Ты просто не даешь себе настроиться на правильный лад! — воскликнул Женя. — Ранний подъём — это дисциплина! Это залог эффективного дня!

— А ночное бодрствование — это вдохновение и полёт мысли, недоступный тебе, заспанному жаворонку! — вспылила Марина. — Ты в десять вечера уже похож на овощ! Ты пропускаешь лучшее время суток!

— Овощ?! — Евгений вскочил. — Да я в это время восстанавливаю ресурсы для продуктивного завтра! А твоё «лучшее время» — это удар по нервной системе и… соседскому потолку!

— Ах, так?! — в глазах Марины вновь вспыхнул тот самый опасный огонёк. — Опять исследования? Опять факты? Ну что ж, мой дорогой аналитик! Раз уж тебе так нравятся эксперименты…

Так в доме Жени и Марины начался эксперимент номер два: «Обмен биоритмами».

Продолжение следует…

«ШколаЖизни.ру» -- познавательный журнал
Автор: Eлeнa Aкчypинa
Просмотров страницы: 78