«Восемнадцать мне уже», или Что дать своим детям, когда всё уже отдано?

Вспоминаю, как в свои 18 я стояла на перроне в Царицыно, ждала электричку, а на улице был такой мороз, что бродячий пёс от холода свернулся калачиком и прижался к стволу тополя так сильно, что казалось, словно тополь только на нём и держится. В кармане было рублей тридцать, и в голове крутилось: «Если я куплю билет до работы, я не куплю поесть. Если я куплю поесть, я не куплю билет». Так и мёрзли мы с бродягой и не знали куда нам…

Иногда я очень радуюсь за свою страну, она такая богатая! Сердце трепещет, когда мчу по обновленной Тверской, а рядом такие же дорогие автомобили. И далее по тексту: «в них женщины проносятся с горящими глазами, золотыми волосами». Хотя женщины — это сильно сказано. Девушки, лет двадцати.

Разве могла я мечтать, что, спустя совсем немного лет, девчонки будут иметь возможность красить ногти в салонах, носить Фрея Вилле, греть животик в Италии и задумываться о марке машины, которую они уже хотят.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что все эти блага — чьи-то подарки. Чаще родительские, многие из которых готовы снять с себя последнюю рубашку и надеть на свою «прелесть». При том, что «прелесть» может закончить вуз и ничего не делать.

Может, они и были, такие «успешные девушки», и раньше, но я как-то не замечала. Видимо, их было все же не столько, сколько сейчас. Все мы были более-менее равны.

Сегодня же расслоение общества на богатых и бедных столь очевидно, разница в доходах столь разительна, что перед небогатым родителем встает вопрос: а что я буду делать, когда моей дочери стукнет 18? Что мне сделать, чтобы у нее было хотя бы то, что есть у ее ровесниц? Может, мне ограбить директора водокачки? Что я ей дам?

«Что ещё им дам?» — параноидальный вопрос времени. Словно наши выросшие дети немощны и всё, что они могут руками, это тыкать по клавишам, а ногами — жать на педали.

Мы сами, молодежь 70-80-х делали их такими с пеленок, и вот результат. Я поражена количеству молодых людей «за 20», что сидят дома без работы преспокойно, на шее у родителей, перманентно «учась» где-нибудь чему-нибудь или и вовсе — в безделье. И это в Москве, в городе вакансий. За другие города не скажу, не знаю.

Голодная юность сыграла с нами злую шутку, мы бросились давать детям всё, чего у нас не было, а не было у нас многого. Мы заваливаем детей подарками.

Помните мультик про семицветик, когда на голову девочке стали падать игрушки со всего мира? В отличие от нарисованной девочки, настоящим девочкам игрушек много не бывает. Их аппетит растет вместе с прогрессом. В голове у молодых своя установка: родители мне должны дать всё, и это их прямая обязанность.

Мы сами научили своих детей хотеть. И всё, что вокруг нас — реклама, статьи гламурных «умников» и даже государственная политика на самом высоком уровне, всё это развивает в молодых одну лишь способность — хотеть. Вместо другой способности — пахать.

Хочу пухлые губы, машину, отдыхать на море. И всё реже: «Хочу быть кем-то…»

Отсюда установка: «Если твои родители не могут позволить себе купить тебе айфончик, значит, они лохи и ты, соответственно, тоже».

В школе девочка, которой дарят подарки, считается крутой. Она чувствует себя превосходно, и ее не смущают двойки в дневнике, у нее и так всё всегда будет. И она это знает. Поэтому не нервничает. Но кто она: психически здоровый ребенок или пустое место, пробел? Что я имею в виду? Ну, утрируя: когда умер Майкл Джексон, миллионы людей осиротели, когда умрет такая девочка в старости (такие обычно живут до старости), никто особо не расстроится.

Спеша удовлетворить желание ребенка иметь что-то, что кто-то имеет, мы возвышаем «кого-то», как бы говоря своему ребенку: «вот тебе цацка, теперь ты не хуже». Вместо того чтобы объяснить ему, что и без цацки он не хуже. Он — это он, он вырастет, и у него будет всё своё, заработанное своим трудом. Это тяжелая воспитательная работа, куда проще купить.

В экономике действует один закон — «повышения потребностей». Ну, как у той бабки, что сперва требовала корыто, потом дворец. Вот и запросы деток растут с годами. И нам кажется, что если у нашего ребенка чего-то нет, то мы плохие родители.

Я не психолог, просто наблюдаю жизнь и всё чаще задаюсь вопросом: надо ли снимать с себя последнюю рубашку, поступаться своими интересами, интересами взрослого человека, который уже состоялся и заслуживает каких-то благ и просто отдыха, ради того, чтобы ребенок не числился лохом? Надо следовать тренду или дать кое-что другое?

Мне кажется, ответ есть. Как говорится: «Хочешь помочь бедному? Дай ему не рыбу, а удочку!» Труд превратил обезьяну в человека, и я полагаю, что справится он и с нашими детьми. Как в фильме: «сперва вахта, потом яхта».

Те, у кого нет встроенного при рождении айфончика, зарабатывают авторитет работой безостановочно, которую предваряет постановка цели. Без цели борьба теряет смысл.

Может, настало время снова учить детей работать и видеть целью своей жизни достижение профессионального мастерства?

Труд и опыт никуда не денутся, поднимут их с самого глубокого дна и выведут на совершенно другой уровень развития. В мир без культа «цацок», туда, где они встретят людей, которые сделали себя сами, заслужили авторитет, реализуя дело жизни. Это особенные люди, общение с ними обогащает. Такой мир есть, но он не для всех открыт.

Так что дать своим детям?

Интерес. К учебе и работе, поиску своего места под солнцем, борьбе за него. Найди свой интерес и стань лучшим в своей области.

Терпение. Не глазей по сторонам, у тебя нет другого пути, никогда не сдавайся. Никто ничего не даст просто так. Конкретно тебе — нет. И чем раньше ты это поймешь, перестав тешить себя пустыми мечтами, тем больше у тебя времени, чтобы набрать нужную высоту.

Научив этому, больше ничего давать не придется. Разве что дружеского пинка по направлению к цели.

Автор: Иpинa Литнoвcкaя
Просмотров страницы: 487